Рене Магритт — биография художника
Рене Магритт (1898–1967) родился в провинциальном бельгийском городке Лессин, провинции Эно. Отец будущего художника был торговцем тканей, мать — работала швеей. 14-летним подростком он стал свидетелем трагедии, случившейся с его матерью, которая разыгралась на берегу городской реки Самбр. Эти трагические события серьезно повлияли на мировосприятие будущего художника. Испытав глубокое потрясение, он замкнулся в себе и жил в постоянном поиске ответов на вопросы, которые возникали в его подсознании, а позже «говорил» о них сам с собой через свои картины.
Возможно, причиной, по которой Магритт заинтересовался живописью, стал художник, которого Рене случайно увидел за работой. В детстве на летних каникулах он гостил у бабушки в Суанье. Рядом было заброшенное кладбище со старинной церковью в романском стиле. Мальчик любил играть там с подругой в окружении надгробий и склепов XIII-XIV веков. В этом живописном месте они и наблюдали за художником: «Искусство живописи казалось мне тогда каким-то колдовством, а художник — человеком, наделенным волшебной силой».
Академия и дадаизм
В 18 лет Рене Магритт стал студентом Королевской академии изящных искусств в Брюсселе (1916–1918). Однако, прозанимавшись там около двух лет, юноша ушел из академии и устроился художником на фабрику бумажной продукции.
В 1916 году возник дадаизм. Художник познакомился с группой бельгийских дадаистов, среди которых были в основном поэты, и стал одним из первых сподвижников нового направления в искусстве.
Армия и брак
В январе 1920 года Рене был 21 год. Прежде чем его забрали в армию, он успел устроить совместную с другом выставку. Офицеры ему благоволили, и в армии Магритт свободно продолжал заниматься живописью. В этот период на Рене сильно повлияли кубизм и футуризм. Проведя в армии год, художник повстречал в Брюсселе Жоржетту Берже. Они познакомились еще в 1913 году на ярмарке, когда жили в Шарлеруа, но тогда война разлучила их на несколько лет. В 1922 году Рене и Жоржетта поженились. У отца Магритта в этот период начались финансовое проблемы, и художник, чтобы прокормить себя и жену, устроился дизайнером на обойную фабрику.
Путь к сюрреализму
В начале 20-х годов Магритт писал в стиле кубизма, при этом издавал дадаистский журнал и работал над книгой про абстракцию. Ранние поиски Магритта проходили через импрессионизм и кубофутуризм. Его страсть к сюрреализму началась с картины Джорджо де Кирико «Любовная песнь». Он увидел ее в 1923 году и так описывал свои впечатления: «Торжествующая поэзия вытеснила шаблонные приемы традиционной живописи… Это было новое зрение, вооружившись которым, зритель видел отражение собственного одиночества и слышал безмолвие мира». Постепенно его манера живописи начала меняться, и в «Ноктюрне» 1925 года появились черты, которые позже стали его визитной карточкой.
«Итак, году в двадцать пятом я решил писать предметы, тщательно выписывая все детали. Тем самым я лишь отказывался от живописной манеры, которая помогала мне решать проблему изображения сути предметов». Предметы на картинах стали выглядеть более «объективно и отстраненно», как выражался сам художник. К 1926 году его работы были минималистичными, прямолинейными, обезличенными, как рисуют плакаты. Первая картина, которую уже сам Магритт считал сюрреалистической, называлась «Потерянный жокей».
Париж
В 1926 году Магритт участвовал в формировании бельгийского сюрреалистического круга вместе с Полем Нуже и Камилем Гумансом. Первая персональная выставка Магритта открылась, когда художнику было 28 лет, но она оказалась провальной. В 1927 году Рене и Жоржетта переехали в Париж, где жили до 1930 года; там Магритт общался с Андре Бретоном, Максом Эрнстом и Полем Элюаром. Столица Франции тогда была местом притяжения художников, в том числе и сюрреалистов. К этому времени Магритт уже мог жить на деньги, заработанные творчеством. В этот период Рене начал изображать различные предметы и намеренно неверно подписывать их: сумку — небом, лист — столом. Самой знаменитой картиной подобного рода стало «Предательские образы» — изображение курительной трубки, подписанной словами «это не трубка».
В том же 1927 году Магритт стал использовать новый прием: он изображал предметы, которые постепенно превращались во что-то другое. Поэту и философу Полю Нуже он писал: «Я обнаружил в вещах новый потенциал — их способность постепенно становиться чем-то иным, перетекание предмета в предмет, отличный от себя». Как пример — картина «Открытие», в которой обнаженная женщина превращается в деревянную скульптуру. Метаморфозы всегда будут фигурировать в картинах художника. В 1928 году Магритт нашел и некоторые другие свои образы: люди с замотанными тканью головами или лица, скрытые за различными предметами.
В парижском сообществе сюрреалистов Магритта не принимали и всячески игнорировали его существование. Все изменилось, когда Магритт познакомился с Дали. Знаменитый художник написал в газету статью про картину «Вероломство образов». После этого Рене удалось наладить отношения с сюрреалистами, но их сотрудничество продлилось недолго.
На картины в 30-е годы почти не оставалось времени. Магритт писал мало, но те работы, которые все же появлялись, были емкими, лаконичными и сложными в смысловом плане. Цель его изысканий, как он сам объяснял, была в том, чтобы найти свойство, связанное с объектом, которое кажется странным, когда эта связь вскрывается. Например, на картине «Избирательные сходства» изображено яйцо в птичьей клетке. Он называл это «решать теоремы». Тридцатые годы были тяжелыми для Магриттов, но именно в этот период Рене достиг пика своей творческой мысли.
Война и поздние годы
В 1939 году началась Вторая мировая война, а в 1943 году стиль картин Магритта резко поменялся. Желая подбодрить людей, Рене стал писать как импрессионисты, в особенности в стиле Ренуара; впоследствии, после кратких экспериментов с иной манерой в 1940-е годы, он вернулся к прежнему языку, развивая также настенную живопись, скульптурные замыслы и короткие сюрреалистические фильмы. Это яркие и легкие работы, которые не вызывают ни тревоги, ни печали, не заставляют мучительно размышлять над заложенными в них смыслами. Они противоположны по эмоциональному восприятию картинам Магритта других лет. Сюрреалисты не поняли резкую перемену в творчестве коллеги. Уже после войны Бретон исключил Рене из сообщества, хотя тот стал возвращаться к своим привычным образам.
Большую часть денег Магритт зарабатывал рекламой и дизайном. Чтобы избежать ненавистной работы, Рене стал тиражировать свои самые успешные работы на продажу.
Популярность пришла к Магритту только в конце 50-х годов, когда ему было почти 60 лет. Внезапный интерес к художнику связывают с появлением поп-арта. Его картины стали выставляться не только в Бельгии, Франции и Великобритании, но и в других странах. Договор с Александром Иоласом в 1948 году помог расширить его международную известность. Магритт побывал в США и Италии. С того периода образы художника стали часто использоваться в массовой культуре. В последний год жизни Магритт создал серию скульптур из бронзы, не менее сюрреалистичных, чем его картины. Он умер в Брюсселе в 1967 году.
Облака, трубы, котелки и зеленые яблоки: они остаются одними из самых узнаваемых иконических символов Рене Магритта. В работах художника привычные вещи кажутся странными. Помещая в незнакомые сцены или мрачные обстоятельства, Магритт намеренно искажает привычное восприятие предметов, «заставляя их громко кричать». С помощью своих графических и лингвистических головоломок мастер сделал знакомое тревожным и будоражащим сознание, зритель начинается задаваться вопросами о сути вещей и о новом видении реальности.
Магритт начал свою карьеру как график и квазиабстрактный художник, но его творческий подход претерпел трансформацию в 1926 году, когда он начал заново изобретать себя как фигуративного художника. Ключевым полотном в этом проекте был «Угрожающий убийца», самая большая и густонаселенная картина на сегодняшний день. Завершенная в 1927 году и включенная в первую персональную выставку художника в Galerie Le Centaure в Брюсселе, эта работа помогла Магритту начать карьеру художника-сюрреалиста, чей интерес к разрыву связей между поверхностью и сущностью останется неизменным.
Магритт всегда придерживался образного стиля, который, по его словам, «бросал вызов реальному миру» посредством натуралистического и очень подробного изображения обычных предметов и субъектов. Знаковым событием времен Магритта в Париже были его словесные рисунки, в которых он стремился исследовать отношения между текстом и изображением, часто разрушая старые связи между ними. Одна из таких работ, «Дворец занавесов», представляет зрителям два изображения неба: слева — осколок атмосферного синего цвета; справа — соответствующее существительное ciel (по-французски небо), написанное аккуратным твердым почерком художника. Таким образом, Магритт разделил единое понятие на два, разграничив визуальные и вербальные знаки на отдельные, автономные панели. Изображение и язык прерывают друг друга, бросая вызов художественным условностям репрезентации и побуждая зрителей задаться вопросом, что из них более «реально», а что нет. В «Фальшивом зеркале» Магритт поставил аналогичную задачу о наблюдении. Здесь огромный глаз заполняет холст, его радужная оболочка — это голубое небо, усеянное облаками, его зрачок — угольно-черная точка. Глаз смотрит на зрителя, в то время как зритель смотрит как в глаз, так и сквозь него, как через окно, становясь одновременно наблюдателем и наблюдаемым.
Магритт использовал точное, внешне спокойное изображение для соединения вещей в невозможных отношениях: знакомый предмет становился поводом для сомнения в привычках зрения и понимания. В MoMA находятся «Убийца в опасности», «Влюблённые», «Ложное зеркало» и «Империя света II»; в музее Тиссена-Борнемисы хранится «Ключ полей» 1936 года. Музейные произведения показывают устойчивость выбранного метода при разнообразии сюжетов.
Магритт переосмыслил живопись как важный инструмент, который может бросить вызов восприятию и привлечь внимание зрителя. Это был метод отделения объектов от их имен, показывающий, что язык — это уловка, полная ловушек и неопределенностей.