Роберт Раушенберг — биография художника
Художник, который отказался выбирать между искусством и жизнью
Роберт Раушенберг однажды сформулировал свою позицию почти идеально: живопись связана и с искусством, и с жизнью, а он хотел работать в промежутке между ними. Именно этот промежуток стал его территорией.
Образование и Black Mountain
Он родился в 1925 году в Порт-Артуре, штат Техас, как Милтон Эрнест Раушенберг. После службы в американском флоте изучал искусство: учился в Kansas City Art Institute, затем в парижской Académie Julian и с 1948 года — в знаменитом Black Mountain College. Позднее он продолжил обучение в нью-йоркской Art Students League, сохраняя связи с экспериментальной средой Black Mountain. Там его учителем был Йозеф Альберс, а рядом работали Джон Кейдж, Мерс Каннингем и другие люди, для которых границы между художественными дисциплинами уже переставали быть обязательными.
Белые полотна и стирание
В начале 1950-х Раушенберг последовательно проверял, что вообще может считаться картиной. Он создавал полностью белые полотна, затем чёрные, делал коллажи, небольшие ассамбляжи и работы из земли и найденных материалов. Его работа соединяла живопись, фотографию, скульптуру, печатную графику и найденные материалы. В 1953 году попросил Виллема де Кунинга дать рисунок, который можно было бы стереть. Так появился Erased de Kooning Drawing — произведение, созданное актом удаления.
Combines
Но главным открытием стали Combines — «комбайны», соединяющие живопись и скульптуру. Газетные фрагменты, одежда и предметы улицы включались в живописную композицию, делая границу между картиной и скульптурой подвижной. В них могли появляться газеты, фотографии, ткань, дерево, носок, одеяло, дорожный знак или настоящее чучело животного.
В Bed 1955 года вертикально подняты настоящие подушка, простыня и лоскутное одеяло, покрытые энергичными следами краски. В Monogram чучело ангорской козы проходит через автомобильную шину. В Canyon к поверхности прикреплён чучельный орёл. Предметы не иллюстрируют сюжет — они просто входят в картину со всей своей предыдущей жизнью.
Раушенберг тем самым выступил против идеи, что произведение искусства должно существовать в очищенном эстетическом пространстве. Мир уже переполнен изображениями и вещами; задача художника — не закрываться от этого хаоса, а научиться с ним работать.
Шелкография и признание
В начале 1960-х он активно использовал шелкографию, перенося в картины газетные фотографии, космические снимки, политиков, автомобили и городские виды. Изображения современности могли сталкиваться на одном холсте так же, как они сталкиваются в сознании человека, листающего газету.
В 1964 году Раушенберг получил главный приз за живопись на Венецианской биеннале — событие, символически подтвердившее международный вес послевоенного американского искусства.
Театр, E.A.T. и поздние годы
Его интересы никогда не ограничивались живописью. Он работал с танцем и театром, сотрудничал с Мерсом Каннингемом и Джоном Кейджем — общение развивалось в сотрудничество над музыкой, танцем и сценическим пространством: Раушенберг создавал декорации, костюмы и освещение, а позднее ставил и исполнял собственные произведения, а в 1966 году вместе с инженером Билли Клювером и другими основал Experiments in Art and Technology — организацию, соединявшую художников и инженеров.
Позднее Раушенберг много путешествовал и создал масштабный проект Rauschenberg Overseas Culture Interchange, используя искусство как способ культурного обмена. Он продолжал менять материалы и способы печати на протяжении карьеры. Его произведения сохраняются в MoMA, Moderna Museet и SFMOMA; последний музей посвятил собранию специальный исследовательский проект. Он умер в 2008 году на острове Каптива во Флориде.
Раушенберг не уничтожил границу между искусством и жизнью. Он сделал интереснее: оставил её открытой.
После него художнику уже не нужно было решать, что достойно картины. Газета, одеяло, фотография, козёл или след краски могли оказаться рядом — потому что в реальной жизни они тоже существуют рядом.